13:03 

Перекрестье миров 5

RameryStar
Пойми, кто ты есть, и не изменяй себе
Название: Перекрестье миров
Автор: RameryStar; Огненная Тигрица
Жанр: Фэнтези
Фандом: Средиземье, книга и игра «Метро 2033»
Состояние: Закончен
Краткое содержание: Принц Амрундора Зойерин попадает в мир, уничтоженный ядерной войной.
Предупреждение: AU, OOC

Часть 5.

Путь до Чёрной станции

- Двинули к броневику, - сказал Ульман и направился вглубь технического помещения. Остальные последовали за ним. - Паша, план такой: подбросишь эту троицу к нашей дрезине, а оттуда совсем рядом. Надо только пройти через депо и через Чёрную.
- А что с нашим заданием? - поинтересовался сталкер, которого звали Павлом.
- Поверь: Мельнику новости о Хантере куда важнее. Медаль получишь. А с заданием я сам разберусь. Встретимся на Чёрной.
С другой стороны технического помещения был ещё один тоннель с рельсами. На них была дрезина с установленным на ней подобием башенки, на которой имелся пулемёт. Зой вспомнил, что видел такую дрезину в тоннеле, где они с Артёмом и Амалией спасли красных. «Значит, такая дрезина зовётся броневик, - догадался эльф. - Надо запомнить, вдруг пригодится...»
- Артём, - сказал Павел, - садись в башенку за пулемёт. Надеюсь, ты умеешь с ним управляться. Остальные, пристройтесь за мной.
В этот момент Амалия закашлялась. Приступ был таким внезапным, что она чуть не упала, но Ульман вовремя её подхватил, не дав упасть, и бережно поднял на ноги. В эту секунду в Зойерине что-то ёкнуло: он уловил взгляды Ульмана и Амалии. Как-то по-особенному - ему так показалось - они смотрели друг на друга: тут было и волнение, и сопереживание... Чувствовалось, что они без слов понимают друг друга. Но нужно было действовать быстро: Амалия нуждалась в немедленной помощи, и эльф кинулся искать лекарственную настойку, которая была приготовлена по рецепту того мужичка-врача.
- Артём, - шепнул он, ища в сумке флакон с лекарством, - тебе не кажется, что Ульман и Амалия как бы дополняют друг друга?
- Кажется, - ответил Артём, заметив их взгляды. - Удивительно, но они так замечательно смотрятся вместе, как будто созданы друг для друга. Словно внутри них в момент этой встречи что-то взаимно их притянуло.
- Тебе очень плохо? - спросил Ульман, бережно помогая Амалии расположиться поудобнее у стены.
- Это собачья чума, - ответила Амалия. - Я больна ею с самого детства, и каждый следующий приступ кажется хуже предыдущего.
- Так, тебя я не отпущу, пока тебе не станет лучше. Езжайте без неё, - сказал Ульман Артему и Зою.
- Но... - начал Артём.
- Я о ней позабочусь, - уверил Ульман. - Встретимся на Чёрной.
- Тогда возьмите это, - сказал Зойерин и дал Ульману несколько флаконов с настойкой. - Она позволит ослабить проявление болезни.
Пожав плечами, Артём забрался в башенку и устроился за пулемётом. Посмотрев ещё раз на Ульмана, он почувствовал спокойствие - сталкер внушал доверие и надёжность. «По крайней мере, сестрёнка под надёжной защитой», - подумал Артём.
- Ну, братцы, удачи, - сказал Ульман, пожав руку Павлу.
- Береги девушку, - сказал Павел, садясь за управление броневиком. Зойерин пристроился за ним. Когда броневик тронулся, Павел сказал: - Мы постараемся проехать мимо фашистских блокпостов незаметно. Ведите себя естественно, и, быть может, они не поймут, что произошла замена экипажа.
Однако на первом же блокпосту почуяли неладное.
- Что вы тут делаете? - спросил офицер. - У нас в расписании нет этого рейса.
- Нас послали на передний блокпост, герр офицер, доставить боеприпасы, - ответил Павел.
- Они уже получили боеприпасы. Кто вы такие? Тревога! По машинам!
Фашисты бросились к боевым дрезинам. В этот миг Зойерину стало страшно: а вдруг их убьют? И что тогда? Что будет с ВДНХ, с чёрными, с Амалией? Вот так погибнуть в этом жестоком мире, где потом эти самые фашисты или кто еще будут глумиться над памятью их всех, а Амалия будет ждать и чувствовать сердцем, что ждать некого? А черные? Они нуждаются в защите не меньше человечества - прежде всего, от господствующих среди большинства людей предрассудков. Цена жизни... И ее бесценность. Зойерин снова беззвучно расплакался - слишком остро ощутил чувство утраты: то ли жизней себя и друзей, то ли пытался представить, что может случиться с Амалией...
«Слезы не к месту тут. От войны они не защитят, - мысленно приказал он сам себе, и с силой сжался внутри, чтобы успокоиться. А потом стал сам себя ободрять, да и друзей заодно, посылая им в сознания мысленное утешение. Эльф верил, что его мысли, даже не высказанные, по глубокой вере и желанию сердца обязательно достигнут мыслей его друзей. - Надежда жива, пока мы живы. И пока есть в мире хоть доля света, пока живы те, кто сражаются и мужественно отстаивают добро и справедливость, правду и милосердие, надежда будет жить!!! И эта надежда поможет нам выжить... За нее стоит сражаться, за нее стоит биться с изуверами и разрушителями. Ради этой надежды стоит жить...»
Сверху громыхал пулемёт, вторя оружию фашистов. Зойерин спрятался за железной пластиной, возле которой сидел, время от времени выпуская во врагов по нескольку патронов. Осторожно, с помощью чутья определит цель, быстро и аккуратно прицелится - и стреляет. Попадать не сразу точно начал, но быстро сообразил, как учитывать движение, а врожденная эльфийская точность помогла. К концу боя Зой уже не промахивался, что оказало большую помощь всем его друзьям.
С большим трудом удалось проскочить блокпост и оторваться от фашистов. Броневик остановился у технического помещения, по другую сторону которого была моторизированная дрезина. Устраиваясь на ней, Зойерин думал, как там Амалия, всё ли с ней хорошо. Достаточно ли хорошо и заботливо ухаживает за ней Ульман? Зой по глазам тогда видел, что Ульману можно доверять, но все равно лишние беспокойные мысли не покидали его... Артём думал о том же, когда дрезина тронулась. Друзья переглянулись и погрузились в переживательные раздумья.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Павел нарушил молчание:
- Почти приехали. Ульман и Амалия должны ждать нас на Чёрной... Пригнитесь!
Павел предупредил Артёма и Зойерина вовремя - впереди была балка, один конец которой был опущен очень низко.
- Да, жутковатое местечко, - произнёс Павел. - Надо быть внимательней. Заблудишься - и всё, ты труп. Был тут недавно случай - от парня только сапоги остались.
От этих слов Зойерину стало дурно, и он едва не пропустил фашистский блокпост, оказавшийся впереди. Артем, благо, вовремя подхватил его и быстро привел в сознание. Опять началась перестрелка, но Зойерину удалось собраться и заставить нескольких фашистов убраться, применив силу Воды - он тогда очень испугался за Артёма и Павла. Она подействовала сразу: главарь фашистов, едва встретился глазами со взглядом эльфа, испугался, замешкался. Другие, увидев его взгляд, потеряли контроль над собой и бросились прочь, уловив четкий приказ Зойерина убираться с дороги.
Блокпост удалось миновать, и дрезина въехала в какое-то помещение, наполненное вагонами поездов.
- Матерь Божья! - поразился Павел. - Да это ж депо! О нём столько разговоров ходило.
Неожиданно из-за вагонов появились обыкновенные и чёрные упыри, но были среди них и какие-то необычные: ниже обычного упыря ростом, с перепонками между боками и руками и толстым длинным носом. Они атаковали, создавая звуковые удары. Зойерину приходилось слышать на рынках разговоры, и он узнал в новых мутантах носачей. На сей раз перестрелки удалось избежать: Зойерин сам не понял, как одним взглядом заставил убраться всех упырей. И сам толком не понял, как они все так быстро его послушались, к немалому удивлению Павла и Артема.
Миновав депо, дрезина вдруг покатилась вниз и перевернулась в тоннеле. Рядом был небольшой проход, который вывел Зойерина, Артёма и Павла на станцию Павелецкая.
- Люди? - поразился один из охранявших Павелецкую солдат. - Но как? Идите сюда!
- В тоннеле людей нечасто встретишь, - сказал другой солдат и указал на мужчину со строгим лицом. - Поговорите с капитаном.
- Не знаю, какого чёрта вы сюда забрались, парни, - сказал капитан, - но лишние бойцы нам не помешают. Теперь вы одни из нас. Мы зовёмся «Дети подземелья».
Было понятно, что «Дети подземелья» ожидают нападения мутантов. Надо было им помочь.
Павел снял шлем, чтобы вытереть со лба пот, когда неожиданно Зойерин и Артём услышали знакомый шёпот из труб. Зойерин поспешил зажать Павлу уши, чтобы тот не слушал голоса мёртвых - он уже понял, что души умерших, заточённые в трубах, и являются источником гибельного ультразвука. И их страдания, предсмертные муки и страшная агония лишают организмы рассудка и изменяют их психику. На эльфа это действовало удручающе, но не искажало его сознания, но он знал, что могло быть с Павлом, потому вовремя защитил его. Остальные защитники станции начали бредить. Неожиданно шёпот стих, сменившись приглушённым рычанием - то бежали упыри. Жуткие создания не заставили себя ждать, явились сразу - обыкновенные упыри, чёрные упыри и носачи. Однако они быстро убрались, что-то почуяв, а Зойерин и Артём опять услышали шёпот в трубах. На этот раз из защитников станции, кроме Артёма, Зойерина и Павла, выжил только капитан «Детей подземелья», но и ему оставалось недолго. Перед смертью он успел отдать Артёму кассету с записью для Полиса.
- Слишком много мутантов прорвалось через нашу оборону, - сказал капитан «Детей подземелья». - Нужно предупредить Полис. Но я больше не боец, как видите. Вы должны найти на поверхности нашу радиостанцию, установить связь с Полисом и поставить запись с сообщением об опасности. Я готовился к этому. Радиостанция настроена на частоту Полиса. Удачи, братишки.
- Мы сделаем это, - сказал Артем. - Ты сражался как герой. Будь спокоен, запись будет услышана Полисом.
Артём спрятал кассету в кармане своей куртки - как бы то ни было, а сообщение нужно было передать. Зойерин с тоской посмотрел на бездыханное тело капитана «Детей подземелья» - человек погиб, защищая слабых и беззащитных. И погиб, как настоящий герой - в жестоком бою. К его горлу подступил комок слез, но он сдержался. Сейчас было не то время, чтобы предаваться чувствам и скорби. Артём, Зойерин и Павел пошли дальше вглубь станции. Они видели тела людей и упырей - никто не хотел сдаваться. Однако живых упырей нигде не было. Впереди доносилось лишь рычание кикимор.
- Возможно, это кикиморы разделались с выжившими упырями, - предположил Артём.
- Скорее всего, - согласился Павел. - Эти крысы-переростки способны разделаться с упырём.
На Артёма, Зойерина и Павла встречавшиеся кикиморы не нападали, только разбегались. Зойерин вспомнил слова Бурбона о том, что кикиморы на отряды не нападают. «Повезло, что нас трое», - подумал Зойерин. А сам мысленно сосредотачивался на том, чтобы не испугаться какого-нибудь внезапного страха или во время успеть применить свою силу взгляда.
Неожиданно откуда-то послышался детский плач, а в техническом помещении обнаружился маленький мальчик, сидевший убитого упырём мужчины.
- Дядя! Дядя! - звал мальчик. - Вставай! Пойдём домой!
Сердце Зойерина ёкнуло, и он не заметил, как наступил на разбитое стекло. Оно гулко заскрежетало под его сапожками, только обостряя восприятие действительности. Жалость к мальчику до крови пробрала его душу.
- Уходите, - сказал мальчик, увидев трёх незнакомых мужчин. - Вставай, дядя! Он умер, да? Как же я теперь вернусь домой?
- А давай, мы тебя проводим? - спросил Зойерин первое, что пришло в голову. Он просто хотел помочь ребенку и защитить его.
- Я согласен. Меня Саша зовут. А у вас есть оружие?
- Есть.
- Значит, вы сможете стрелять по монстрам.
Артём усадил Сашу себе на плечи, и троица вошла в тоннель за помещением под руководством мальчика, ибо он знал дорогу. В пути им досаждали кикиморы, по какой-то причине осмелевшие и напавшие на небольшой отряд, но одна кикимора почему-то мешала сородичам, не пуская их к Зойерину и его друзьям. Кикимора исчезла так же внезапно, как и появилась, когда Артём, Павел и Зойерин добрались до большой вентиляционной шахты и поднялись по перекинутым между трубами доскам, наверх, в просторное помещение.
- Что это там, наверху? - спросил Саша, увидев сквозь решётку вентиляционной шахты небо, затянутое облаками. - Дядя показывал мне на картинке. Мебо... нет, небо. Это небо, да?
- Да, малыш, - подтвердил Зойерин. - Это небо.
- Я буду знаменитым! - восхитился Саша. - Я небо видел!
У Зойерина едва ли не до слез всколыхнулась душа и ёкнуло сердце. «Бедные дети! - подумал он. - Они никогда не видели неба и ясного солнышка! Для них увидеть сквозь вентиляционную шахту небо - целое событие».
В просторном помещении их ждала мама Саши.
- Мама! Мама! - крикнул Саша, подбегая к маме.
- Саша, мой мальчик, - едва не плача, сказала женщина. - А где дядя?
- Дядя умер, мама, - ответил Саша. - Его упырь загрыз. Эти дяди помогли мне добраться сюда. Мама, я небо видел.
- Бедный братец Серёжа, - проговорила женщина и протянула Зойерину обойму с патронами. - Возьмите хотя бы это. Больше мне нечем отплатить.
- Нам не нужны деньги, - пояснил ситуацию Зойерин, мягко отводя руку женщины. - Мы просто хотели помочь Саше вернуться домой. У Вас брат погиб и сына чуть не съели, было бы верхом эгоизма брать у Вас плату за то, что мы помогли Саше вернуться домой живым. То, что он жив и невредим, это и есть для нас самая ценная награда.
Узнав о цели путешествия троицы, один из солдат сказал:
- Чёрная станция недалеко отсюда. Беда в том, что этот тоннель ведёт не в ту сторону. Вам придётся идти по поверхности. Но будьте осторожны: у нас объявились новые монстры, фашистами зовутся. Они устроили себе укреппозицию в заброшенном здании у выхода на поверхность. На площади неподалёку есть подземный переход, через него можно будет добраться до Чёрной станции.
* * * *
Фашистов было немало, и Зойерин уже уверенно, не сомневаясь и не дрожа, смотрел им в глаза и приказывал уходить. Те его странным образом слушались, и отступали в страхе и оцепенении, в котором некогда был сам Зой в первые два дня после проникновения в этот мир. Так что окончилось дело без стрельбы и кровопролития. На крыше заброшенного здания, использованного фашистами для блокпоста, нашлась радиостанция, о которой говорил капитан «Детей подземелья». Артём положил вовнутрь кассету и нажал на кнопку воспроизведения. Из громкоговорителя зазвучал голос капитана «Детей подземелья»:
- Полис! Полис! Говорят «Дети подземелья»! Если вы слушаете это, то знайте: наша станция пала и захвачена мутантами. Тот, кто передаёт это послание, - последний выживший. Это был капитан Максим Комаров. Конец сеанса связи.
Зойерину снова стало жутко, сердце бешено заколотилось, и на лбу выступили холодные капельки пота от напряжения, но для него было важнее помочь друзьям. А действовать надо было быстро.
Недалеко от заброшенного здания действительно был подземный переход. Выход на Чёрную станцию - надо было добраться туда. Вот друзья и спешили скорее добраться до пункта назначения. Слово, данное умирающему капитану Максиму Комарову, было выполнено: послание для Полиса было озвучено в эфире.

Полис

Когда троица спустилась по подземному переходу на Чёрную станцию, Артём случайно задел ногой банку, лежавшую на земле. Подняв глаза, он увидел фашиста, нацелившего на него ружьё. «Ну всё, конец нам», - подумал Артём. Неожиданно просвистел метательный нож и угодил фашисту в шею.
С другой стороны решётки, перед которой стоял фашист, появились две знакомые фигуры. Ульман и Амалия!
- Артём, братишка! - тихо сказала Амалия, когда трое товарищей подошли к решётке. - Я так переживала за тебя и Зоя!
- Как видишь, мы все целы, - сказал Артём. - Пришлось, правда, помучиться с мутантами и фашистами. У Зоя вон до сих пор душа в пятках... Однако без его умений нам пришлось бы туго.
- Ладно, расскажете потом, - прервал его Ульман. - Положение ухудшилось - фашисты просто заполонили станцию. Вам придётся действовать самим, простите уж. Вырубите их электрогенератор - в темноте будет легче проскочить охрану.
- Думаешь, это возможно? - спросил Зойерин.
- Ульман знает, что говорит, - уверил его Павел.
- Вот, Зой, возьми мой ВСВ. - С этими словами Ульман протянул Зойерину свой автомат, ручка которого имела посередине нечто вроде рукояти. Автомат также имел лазерный прицел. Зойерин вспомнил, что видел такое оружие у Хантера, значит, разберется, как оно действует. - На случай, если не получится пройти незаметно. Мы будем ждать вас в заброшенном тоннеле к Полису.
- Берегите себя, - сказала Амалия, прежде чем последовать за уходящим Ульманом.
- Так, - сказал Павел, - нам потребуется двигаться очень тихо, чтобы нас не заметили.
И он оказался прав: сразу за поворотом были на страже двое фашистов. Пробираясь мимо них, Артём и Зойерин услышали их разговор.
- Как семья? - спросил один фашист.
- По папе скучают, - ответил другой фашист. - Твои-то как?
- То же самое.
- Я вот думаю, зачем это всё. Зачем лить столько крови ради очистки метро от тех, кто под стандарты не подходит? Кому всё это сдалось?
- Согласен. Кто детей твоих кормить будет? Может, штурмбанфюрер?
- Что за жизнь! Может, бросить всё, взять семью да сбежать на Ганзу?
- Были уже такие, кто так думал. Их всех повесили.
- Ублюдки!
У Зойерина защемило сердце. Не все фашисты согласны со своей идеологией? Значит, у кого-то из них всё-таки осталась совесть. А это означало, что для некоторых из них был шанс снова стать людьми. Есть возможность все исправить и начать жить заново. Лишь бы они хоть как-то это осознали...
За очередным поворотом, миновав охранника, товарищи услышали, как один фашист отчитывает двоих:
- Тоха, Косой, следите за генератором! Если опять поймаю за картами, вздёрну!
- Генератор где-то здесь, - прошептал Артём.
- Я попробую его отключить, - вызвался Зойерин, надеясь на природную эльфийскую бесшумность.
Было очень непросто пройти мимо фашистов, но Зойерин сам не ожидал, что сможет добраться до генератора и выключить его, а потом вернуться к друзьям. Он сделал это абсолютно бесшумно - на то и был эльф.
В темноте и впрямь было проще идти, тем более, эльфийское зрение Зоя помогало прекрасно в ней ориентироваться. Зойерин, Артём и Павел остались незамеченными и успешно добрались до заброшенного тоннеля. Там действительно были Ульман и Амалия - они стояли возле моторизованной дрезины.
- Отлично! Вы это сделали! - восхитился Ульман. - Залезайте на дрезину.
Забравшись на дрезину первым, Ульман подал руку Амалии.
- Спасибо, - сказала Амалия и поцеловала Ульмана в щёку. Поняв, что сделала, она покраснела.
- Сестрёнка, ты влюбилась, - усмехнулся Артём, уже забравшийся на дрезину и помогавший Зойерину.
- Да, - согласился, улыбаясь, Зой. - Это заметно. Ты даже стала как-то... здоровее, что ли? Говорят, любовь лечит.
- Наверное, действительно так, - задумчиво проговорила Амалия. - Тот приступ прошёл на удивление быстро, даже не ломало так сильно, как всегда.
- Передохните пока. Скоро будем в Полисе, - сказал Ульман и собрался садиться за рычаг управления, но Павел остановил его:
- Я поведу. Останься с девушкой.
День выдался и впрямь утомительным: Зойерин чувствовал, что засыпает, Артём клевал носом, а Амалия уснула, склонив голову на плечо Ульмана. Сталкер мягко обнимал её, боясь потревожить. Взгляд, которым он смотрел на девушку, говорил о том, что Ульман любит её. Амалия спала спокойно: рядом с Ульманом она чувствовала себя защищённой.
* * * *
Когда Амалия проснулась, дрезина достигла блокпоста возле станции Боровицкая.
- Кто такие? - спросил один из охранников. - Назовитесь!
- Ми фашистен, - ответил Ульман. - Приехаль захватить ваш станция.
- Ульман, ты, что ли? - усмехнулся охранник. - Повезло тебе, что Ивана Петровича тут нет - он бы твоего юмора не понял. А кто это с тобой и Павлом?
- Ребята с северных границ. Ведём их с Чёрной.
- Ладно, можете проезжать.
Дрезина проехала в открывшиеся ворота, и Артёму, Зойерину и Амалии открылось удивительное зрелище: прекрасная станция, напоминавшая город, словно сошедший со страниц волшебной книги. Зойерину, еще на своей планете Арда, однажды приходилось бывать в соседней стране Куил'Тарро, где жил один из его лучших эльфийских друзей, принц Андрос вместе со своей сестрой, прекрасной принцессой Гретой. У Андроса и Греты Куил'Таррийских была великолепная и изумительная резиденция в живописном предгорье, и Зой очень впечатлился красотами того дворца, когда гостил там у друзей. А теперь он подумал на мгновение, что оказался в подземном его варианте. Определенно, у загородного дворца принца Андроса и принцессы Греты и у станции Боровицкой было много общего в дизайне и общем восприятии вида. «Воистину, все миры едины, и в них есть намного больше общего, чем кажется изначально...» - так пронеслось в голове у Зойерина.
Дрезина тем временем остановилась у небольшого дежурного помещения.
- Добро пожаловать в Полис, - сказал дежуривший солдат. - Капитан Краснов. Вы издалека приехали, молодые люди?
- Они с ВДНХ, - ответил Ульман.
- Они что, сами не могут говорить?
- Послушай, капитан, ребята впервые в Полисе. Тебе лучше не знать, через что они прошли, чтобы доставить послание Хантера Мельнику. Так что давай без этой твоей фигни.
- Ладно, только должен огорчить: Мельник сейчас на задании. Данила, приютишь гостей до возвращения полковника?
- Не вопрос, - сказал худенький молодой человек, которого звали Данилой. - Места всем хватит.
- Вы пока обустройтесь, а я пойду переоденусь, - сказал Ульман. - А потом я отведу тебя, Амалия, к врачу. Лучше пройти обследование. У нас лучше врачи во всём метро.
- Ульман, Зою тоже нужно побывать у врача, - сказала Амалия. - Ему было в пути ещё хуже, чем мне. А сейчас он просто ужасно выглядит...
- Твой друг обязательно пройдёт осмотр, не волнуйся.
С этими словами Ульман поцеловал девушку в губы. От такого поступка Амалия зарделась, как маковый цветок.
- Похоже, ты нашёл себе подружку, Ульман, - хихикнул капитан Краснов. - И да, не забудь поскрести себе спинку в химическом душе. Нужно деактивироваться.
- Да не забуду, не забуду. Забудешь с тобой, - буркнул Ульман.
- А то смотри - двухголовые детишки родятся.
* * * *
Жилище Данилы было одной из так называемых «квартир» - уютно обустроенных комнат между арками станции. В комнате имелся заваленный книгами стол, высокие, до потолка железные полки, тоже заставленные доверху толстыми томами, и кровать. С потолка свисала на проводе электрическая лампочка, освещавшая искусно сделанный рисунок огромного древнего храма, в котором Артём, с детства любивший книги и картинки в них, не сразу признал Библиотеку, стоявшую на поверхности над Полисом.
Данила рассказал о том, как устроена жизнь в Полисе.
- У нас тут вроде кастовой системы, - объяснял он. - Как в древней Индии. Касты... Ну это как класс... Главные у нас две касты: каста жрецов, хранителей знаний - тех, кто собирает книги и работает с ними, и каста воинов, которые занимаются защитой, обороной. Также у нас есть каста торговцев и каста слуг. Между собой мы называем их по-индийски: жрецы - брамины, воины - кшатрии, купцы - вайшьи, слуги - шудры. Членом касты становишься раз и на всю жизнь. Есть особые обряды посвящения, особенно в кшатрии и брамины. В Индии это семейное было, родовое, а у нас сам выбираешь, когда тебе восемнадцать исполняется. Я брамин. У нас здесь, на Боровицкой, браминов и кшатрий поровну приблизительно. На Библиотеке, понятное дело, больше браминов, а на Арбатской почти одни кшатрии, из-за Генштаба.
Зойерин подивился такой системе каст. Через два года ему должно исполниться восемнадцать лет. Зойерин подумал, что наверняка выбрал бы себе касту брамина. Хан говорил, что он может стать воином духа, если научится использовать силу Воды и останавливать врагов взглядом. Останавливать врагов взглядом Зойерин научился, а значит, начал осваивать силу Воды. В книгах могут быть сведения, как развить в себе силу Воды дальше и довести ее в себе до совершенства. Зойерин чувствовал, что путь кшатрия не для него, а вот путь брамина - это по его части.
Тем временем Данила продолжал рассказ:
- Правит нами Совет Полиса. В него, понятное дело, входят только две касты - брамины и кшатрии.
- А почему они себе птиц этих двухголовых татуируют? - спросил Артём, вспомнив, что видел на левом виске капитана Краснова изображение двухголового орла. - У вас, по крайней мере, книги - с книгами все ясно. Но птицы?
- Тотем у них такой, - пояснил Данила. - Это раньше был дух-покровитель огромной страны, частью которой была Москва. Двуглавый орел, кажется.
- А у вас здесь гостиницы есть, чтобы переночевать? - поинтересовалась Амалия.
- Хотите - ночуйте у меня, - пожал плечами Данила. - Я на пол лягу, мне не привыкать. Я как раз ужин готовить собирался. Оставайтесь, расскажете, чего видели по дороге. А то я отсюда и не выбираюсь совсем. Завет хранителей не разрешает дальше одной станции уходить.
Пошептавшись, друзья решили, что на кровати будет спать Зойерин - ему так будет лучше. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что он терпит и как пересиливает себя, при этом стараясь не показывать друзьям своего самочувствия. Теперь это уже было невозможно скрыть.
Примерно через полчаса к Даниле заглянул Ульман, успевший переодеться в джинсы и лёгкую рубашку. Как и обещал, он отвёл Амалию и Зойерина в другую часть Боровицкой, где располагалась больница. Дежурный врач первым осмотрел Зойерина, ибо состояние эльфа ему очень не понравилось.
- Крайняя степень истощения организма, - диагностировал врач. - Непонятно, как Вы вообще держитесь, молодой человек, и чем функционируете. Сердце дает сильные сбои, давление сильно пониженное, куча чего-то врожденного, что не поддается нашей диагностике, полное отсутствие признаков развитой мускулатуры. И как Вы вообще сумели сражаться? Вас надо немедленно отстранить от каких-либо нагрузок.
- Но я не позволю друзьям идти одним, без моей помощи, дальше. Я нужен им и знаю это. Я чувствую, что хочу помогать им, несмотря ни на что, и это желание поддерживает меня в жизни... Только когда все наладится, я позволю себе вылечиться и прийти в себя. И если я до сих пор жив, то выживу и дальше... А заодно и пользу принесу друзьям, - горячо убеждал Зой врача.
Врач только вздохнул и прописал Зойерину какой-то сильный стимулятор - посильнее, чем его таблетки, и умолял быть осторожнее.
- Присматривайте за ним, - сказал врач Амалии перед её осмотром, - смертельный удар может свалить его в любой момент, особенно во время сильной нагрузки... И пусть он немедленно отправится на полное лечение, когда все будет сделано. Рисковать тут нельзя.
Затем врач стал внимательно осматривать Амалию. Зойерин сидел рядом с кабинетом и мысленно поддерживал ее.
Осмотрев Амалию, врач спросил:
- Сколько Вам лет?
- Двадцать три года, - ответила Амалия.
- Давно болеете собачьей чумой?
- С семи лет, а что?
- Случай интересный. Удивительно, как Вы, болея собачьей чумой, в таком хорошем состоянии дожили до своего возраста. Обычно в Вашем возрасте люди, больные собачьей чумой, выглядят разбитыми и усталыми, но Вы вполне бодры и готовы к действиям. У Вас есть братья-сёстры?
- Есть у меня старший брат Артём. На самом деле мы сводные брат и сестра, но для нас это ничего не значит - мы друг для друга самые родные на свете.
- Тогда ясно, как Вы так хорошо продержались до своего возраста. Сейчас Ваше состояние организма близко к стабильному, и выглядите Вы так, словно ничем не болеете. Вы не влюблялись недавно?
- Есть такое, - ответила Амалия, покраснев. - Влюбилась я в одного хорошего человека.
- Всё понятно, - заключил врач. - Наука это объяснить не может, но именно любовь помогает Вам держаться. Однако долго Вы всё равно не протянете - года два, от силы три. От собачьей чумы есть только одно лекарство - переливание здоровой крови. Лишь оно способно вылечить эту болезнь. У Вас какая группа крови?
- Вторая отрицательная.
- Значит, Вас может спасти отрицательная кровь первой или второй группы.
Зойерин мгновенно понял, что может спасти Амалию.
- У меня нужная группа крови: как раз отрицательная второй группы, - решительно сказал он. - Когда всё закончится, перелейте Амалии мою кровь.
- Вижу, Вы очень цените дружбу, - проговорил врач. - До тех пор соблюдайте мои рекомендации. А сейчас ступайте домой и отдохните - уже поздний вечер.

Великая Библиотека

За ночь Артём, Зойерин и Амалия хорошо выспались. Видимо, сказалась обстановка «квартиры» Данилы. Общее состояние Зойерина, отдохнувшего и спавшего довольно долго, было лучше - подействовал отдых и новые таблетки, которые вчера прописал ему доктор. За завтраком Зойерин расспрашивал Данилу о кастовой системе древней Индии и думал об обустройстве главенствующих каст Полиса. Его очень впечатлило, что каждый из представителей каст на своем месте и выполняет нужную миссию, основанную на добровольном, близком душе и сердцу выборе. Кшатрии защищают Полис, а брамины хранят книги и накопленные знания, а потому зовутся хранителями знаний. При этом очень важно, что каждый сам выбирает себе касту, когда ему исполняется восемнадцать лет, а это значит, что в кастовой системе Полиса нет той строгости, которая была в кастовой системе древней Индии, и каждый человек находится на том месте, для которого чувствует предназначение. Зойерин решил, что его родному миру тоже необходимы хранители знаний, те, кто будут беречь мудрость и знания и претворять их в жизнь на пользу живущих. «Если когда-нибудь удастся вернуться домой, - решил Зойерин, - обязательно создам орден Хранителей Знаний. Данила говорил, что в древней Индии люди могли вступать в брак только с людьми своей касты. Пожалуй, в ордене Хранителей Знаний такое правило стоит ввести, чтобы уберечь важные знания от утечки».
После завтрака к Даниле заглянул Ульман.
- Полковник вернулся с задания, - сказал он. - Я уже его проинформировал.
- Я с вами, - сказал Данила. - Самому интересно узнать, что да как.
Ульман привёл Амалию, Артёма и Зойерина в кабинет Мельника. Полковником Мельниковым, носившим прозвище Мельник, оказался крепко сложенный сталкер, чьи русые волосы и борода были на удивление хорошо уложены. Сразу видно, что он следит за собой, несмотря ни на что. Его борода уже сильно поседела, а волосы были едва тронуты сединой. Выслушав Артёма, Амалию и Зойерина и прочитав послание, присланное Хантером в капсуле-патроне, Мельник сказал:
- Всё ясно. Спасибо, что сумели дойти - это почти подвиг. Я созову срочное собрание. Вас туда пригласят тоже, там сами всё расскажете.
Рядом со столом Мельника на стене располагался прибор, напоминавший нечто среднее между рацией и стационарным телефоном. Щёлкнув на кнопку на приборе, Мельник сообщил:
- Все члены Совета, пожалуйста, соберитесь в Зале Заседаний. Повторяю. Всем членам Совета просьба собраться в Зале Заседаний. - Затем Мельник приказал: - Ульман, проводи их в Зал Заседаний.
Выслушав Артёма, Зойерина и Амалию, Совет Полиса ответил на их просьбу о помощи отказом. Это стало для троицы сильным ударом. Значит, весь пройденный путь был напрасным? Зой едва не заплакал от отчаяния, но взял себя в руки, не позволяя чувствам овладеть собой в присутствии Совета - королевская кровь не позволяла вести себя по-детски.
- Артём, Амалия, Зой, - раздражённо сказал Мельник, отведя троицу к гермоворотам, - я не могу поверить, что Совет отказался помочь вашей станции. Мне стыдно за их трусость. Но Полис - ещё не всё метро. Есть и другие люди, которые встанут на защиту ВДНХ от чёрных. Слушайте меня внимательно. Охотники обнаружили сохранившиеся ракетные базы в Московской области. Возможно, одна из них всё ещё действует и позволит нанести удар по логову чёрных. Мои разведчики обнаружили нечто подобное на Ботаническом Саду. Проблема в том, что ракеты можно запустить только из командного центра, который находится где-то в Д-6. Но где находится Д-6, мы не знаем. На поверхности прямо над Полисом находится Великая Библиотека. Место это опасное, но там имеется военный архив, а в нем - необходимые данные, без которых невозможно будет провернуть всю операцию. Нам нужно попасть туда. Вы пойдёте отсюда. Я и желающий вам помочь Данила пойдём вперёд. Доберитесь до входа в Библиотеку, мы будем ждать вас там.
- А Ульман? - спросила Амалия.
- Ульману приказано готовить базу «Спарты» на поверхности. После Библиотеки мы отправимся туда.
* * * *
Снова поверхность - страшная, серая, непонятная. Холодная и чужая. Снова эти тяжелые свинцовые тучи, которые все еще хранят в себе частички смертоносной радиоактивной пыли. Но делать нечего, надо идти. Амалия, Артём и Зойерин лелеяли надежду, что в Великой Библиотеке и в Д-6 есть что-то, что спасёт чёрных. Размышляя над сложившейся ситуацией вчера перед сном, Артём и Зойерин поняли, что чёрные - не враги людям и их надо спасти. Тогда же Амалия помогла Артёму вспомнить тот день, когда чёрный спас их от собак-мутантов.
Едва Артём, Амалия и Зойерин вышли на поверхность, их заметила стая стражей.
- От них мы не отобьёмся, - пролепетал в страхе Зойерин, когда заметил рядом кикимору - ту самую, которая помогла им привести малыша Сашу домой. Он почему-то сразу узнал ее, но как - сам не мог объяснить, ведь все кикиморы похожи друг на друга, но это была именно та самая, которая тогда помогла. Кикимора рычала, словно звала куда-то. - Кажется, эта кикимора знает дорогу. Надо идти за ней.
Кикимора побежала вдоль обочины и прыгнула в канализационный люк. Троица прыгнула туда и очень вовремя - в люк с рычанием опустил правую переднюю лапу демон.
- Вот так-то! Не поймал! - засмеялся Зойерин, как дитя, радуясь тому, что во время успел спастись. Страха уже не было. Зато было какое-то оптимистичное настроение, которое словно солнечное, настроение сродни простой детской вере в то, что все обязательно будет хорошо.
Кикимора тем временем снова зарычала, поворачивая голову, точно зовя за собой. Она вывела Артёма, Зойерина и Амалию к подземному переходу, потом поднялась по лестнице и побежала возле стены здания. Подойдя к стене, друзья поняли, почему кикимора побежала именно так - выступ крыши верхнего этажа здания осыпался. Следуя за кикиморой дальше, Артём, Амалия и Зойерин повернули за угол и обнаружили широкое крыльцо, а на нём - двух сталкеров.
- Сюда! - позвал один из сталкеров. По голосу друзья узнали Мельника. - Молодцы, что добрались.
- Мы не добрались бы без кикиморы, - сказал Зойерин, погладив по голове кикимору. Та преданно посмотрела на него, потерлась об его штаны и довольно заурчала. Удивительно, но ее благодушное урчание вовсе не было отталкивающим.
- Твоя крысятина? - поинтересовался Мельник.
- Моя, - кивнул Зойерин, давно каким-то внутренним чутьём понявший, что кикимора - девочка и ей немногим больше года. - Её зовут Скрепка.
- Ладно. Идёмте.
С трудом открыв двустворчатую дверь, Мельник заглянул внутрь.
- За мной, ребята, - сказал он и вошёл в дверь. - Данила, стой на стрёме. Мы с Артёмом, Амалией и Зоем проверим зал.
Зойерин заметил, что Скрепка занервничала.
- Не нравится мне всё это, - проговорил он, смотря на реакцию Скрепки. - Есть какая-то опасность.
И оказался прав. Когда Мельник, Артём, Амалия и Зойерин подошли к двери в главный зал, Данила закричал:
- Демон!
Группа забежала в зал и закрыла дверь очень вовремя - в дверь стал ломиться демон.
- Артём, Зой, посмотрите, открыта ли другая дверь, - сквозь грохот попросил Мельник.
- Скрепка, за мной, - позвал Зой.
Поднявшись, по лестнице, Артём и Зойерин толкнули её. Не открывалась. Они нажали сильнее - никакого результата. Дверь не поддавалась.
- Похоже, она закрыта с другой стороны, - предположил Зойерин. - Скрепка, посмотришь, что там?
Довольно кивнув, кикимора скрылась в дыре рядом с дверью, откуда внезапно послышался испуганный рык. Рванув туда, Зойерин и Артём увидели, что Скрепка рычит на небольшую дыру в двери, за которой стояло покрытое серой шерстью существо, похожее на гориллу, но с трёхпалыми передними лапами и двупалыми задними. Увидев, что кикиморе подоспела помощь, существо с жутковатым рыком скрылось. Тогда кикимора пролезла в дыру и убрала балку, которой существо забаррикадировало дверь. Дверь скрипнула, и в неё вошли Мельник и Данила, после чего снова её забаррикадировали.
- Стойте тут, никуда не уходите, - сказал Данила, подойдя к двери. - На обратном пути мы вас заберём. Шутка.
Пнув ногой дверь, Данила сделал так, что она упала на пол. В зале была ещё одна дверь, но открылась она с большим трудом. За ней была ещё одна дверь, ведущая в просторный читальный зал. Стулья и столы были разбросаны по всему залу, и большая их часть оказалась сломана.
- Господи Боже! - восхитился Данила.
- Да, наверное, раньше он выглядел великолепно, - согласился Мельник и внезапно крикнул: - Библиотекарь!
Зойерин увидел, что в дверь на противоположной стороне зала, к которой вела лестница, заскочило здоровенное существо - такое же, как то, что напугало Скрепку. Ему стало совсем жутко - ноги начали подкашиваться, и он схватился за руку Артема, чтобы не упасть.
- Артём, Зой, Амалия, - сказал Мельник, - слушайте внимательно. Библиотекари - одни из самых опасных созданий этого мира. Если когда-нибудь, не приведи Господь, встретите одного из них, ни в коем случае не нападайте - это опасно, но и убегать нельзя. У них есть одна особенность: пока ты смотришь им в глаза, они тебя не тронут. Если они начинают нервничать, медленно отходите назад, не спуская с них глаз, а выстрелите - вообще больше ничего не увидите.
Зойерину слова Мельника показались обнадёживающими - если библиотекарь не нападает, когда смотришь ему в глаза, можно сильно не бояться. Тем более что сила Воды в его взгляде могла быть очень даже кстати.
Неожиданно через дыру в потолке в зал ворвался демон и напал на Данилу. Нападение было столь внезапным, что друзья не сразу сообразили, что произошло. В последний момент Зойерин посмотрел демону в глаза и приказал тому убираться. Демон улетел, а Мельник подбежал к Даниле.
- Он серьёзно ранен, - заключил полковник. - Я должен доставить его в Полис. Вам придётся действовать одним. Простите. Я найду вас, когда отнесу Данилу в Полис. Держите.
С этими словами Мельник вручил Артёму какую-то карту.
- Это схема помещений, - пояснил он. - В военный архив ведёт дверь, в которую вбежал библиотекарь. Времени мало - скоро ночь. Найдите архив, я вернусь, как смогу.
Делать нечего, пришлось самим идти в следующий зал.

@темы: Средиземье, Метро 2033, Зойерин, Амрундор

URL
   

RameryStar

главная