13:06 

Перекрестье миров 6

RameryStar
Пойми, кто ты есть, и не изменяй себе
Название: Перекрестье миров
Автор: RameryStar; Огненная Тигрица
Жанр: Фэнтези
Фандом: Средиземье, книга и игра «Метро 2033»
Состояние: Закончен
Краткое содержание: Принц Амрундора Зойерин попадает в мир, уничтоженный ядерной войной.
Предупреждение: AU, OOC

Часть 6.

Документы о Д-6

Сразу за дверью, в которую вбежал библиотекарь, был коридор, с потолка которого свисало нечто, похожее на лиану. Таких лиан было несколько штук. «Мутировавшие комнатные растения», - с ужасом подумал Зойерин. На секунду он замешкался и едва не пропустил удар лианы. Только молниеносный прыжок Скрепки на лиану спас его.
Чуть левее располагалась выбитая дверь, за которой был ещё один просторный зал, а в нём находился библиотекарь. Несмотря на то, что друзья старались двигаться бесшумно, библиотекарь заметил их и посмотрел в глаза Зойерину. Зой заметил, что крылья носа и верхняя губа библиотекаря срослись в кожаную складку, что делало внешний вид библиотекаря очень неприятным и страшным. И когда библиотекарь зарычал, эта складка приподнялась, обнажая носовые щели и острые зубы. Это придавало библиотекарю ещё более жуткий вид. «Шёл бы ты лучше отсюда», - мысленно приказал Зойерин, стараясь не поддаваться страху. Библиотекарь, к его удивлению, послушался и, подпрыгнув, скрылся в дыре на потолке. Выглядело это страшно, поэтому пришлось действовать быстро.
Друзья заметили, что в зале есть лифт, но сквозь щелку можно было заметить, что кабина находится этажом выше. Пришлось подниматься на верхний этаж, по пути прогоняя встречавшихся библиотекарей. Неожиданно один библиотекарь настиг друзей, когда они уже зашли в кабину, но на него напал влетевший в окно демон. Завязалась жестокая битва: библиотекарь прыгнул на спину демону и стал пытаться оторвать ему верхнюю челюсть. Тем временем кабина лифта поехала вниз под тяжестью ещё одного библиотекаря. Библиотекарь разбился, а вот друзья чудом уцелели. Они вышли в каком-то помещении, где на них напал ещё более жуткий библиотекарь - во-первых, он весь был чёрным, а во-вторых, нападал, даже если ему смотрели в глаза. Взгляд Зойерина на него тоже не подействовал, лишь на немного его осадил. Спасло друзей то, что чёрный библиотекарь оказался медлительным - от него можно было убежать.
Дальше было труднее - надо было пройти через несколько залов, минуя чёрных библиотекарей. Скрепка старалась держаться поближе к Зойерину, а тот все время держал свою руку на ее спине - так ему самому казалось немного спокойнее. Друзья смотрели на каждую дверь, пока не нашли на одной из них табличку с надписью «Военный архив. Посторонним вход запрещён». Кабинет за дверью был наполнен различными ящиками, и надо было осмотреть каждый. Втроём это можно было сделать быстрее. Неизвестно, сколько прошло времени, когда Артём нашёл папку с пометкой «Д-6». Теперь друзья могли выйти из Библиотеки.
Скрепка, учуяв свежий воздух, повела Зойерина, Амалию и Артёма, несшего папку «Д-6», за собой. Кикимора вывела их через выбитую дверь на поверхность, где уже наступила ночь. Громыхнула молния, и Зойерину стало ещё страшнее. Он и в Амрундоре, в надежном укрепленном и теплом замке слегка побаивался молний, стараясь спрятаться от них или как-то поукромнее устроиться, а тут молния была намного сильнее частых для Амрундора грозовых сверканий. Да и укрепленного замка не было. Пришлось в очередной раз перебороть свой очередной страх...
Неожиданно позади раздалось рычание, и перед друзьями, совершив огромный прыжок со второго этажа, приземлился библиотекарь. В этот момент прозвучал гудок, и библиотекаря сбил большущий внедорожник.
- Куда едем, генацвале? - спросил выглянувший из кабины Ульман, который сидел за рулём. - Подброшу за пятьдесят патронов.
Из машины выскочил Мельник.
- Наконец-то мы свиделись. В Полисе за вас переживают. Надеюсь, всё в порядке, - сказал Мельник и принял у Артёма папку. - В машину.
- Куда поедем? - спросил Ульман, когда Артём, Амалия, Зойерин со Скрепкой и Мельник забрались в кабину.
- В Храм Христа Спасителя, там есть нужный нам выход в тоннели, - ответил Мельник. - Артём, Амалия, Зойерин, помните Хана? Это он помог нам вас найти, хотя я так и не понял, как он это сделал.
- Наверное, сердце подсказало, - предположила Амалия. - Хан - мой отец. Он очень мудрый и волшебный человек. И сердце у него вещее. А родные сердца друг другу вести подают.
- Хан - твой отец? - улыбнулся Ульман. - Теперь понятно, в кого ты такая чудесная.
- Спасибо, Ульман... - Амалия тепло улыбнулась, и ее щечки покрыл нежный румянец.
Внедорожник поехал по заснеженной дороге. Скоро он подъехал к величественному зданию.
- Вот он, Храм Христа Спасителя, - сказал Мельник, - первый и единственный форпост «Спарты» в этих местах. Вы передохните, ребята, а я ознакомлюсь с документами.
В Храме Зойерин, Артём и Амалия познакомились ещё с тремя сталкерами - молодыми разведчиками Борисом и Степаном и пожилым техником Владимиром, которые оказались весьма приятными людьми. А может, к общению располагал дух здания? Зойерин чувствовал, как всё в Храме пронизано верой. Он, смотря на фасады остатков здания, словно чувствовал какой-то особый благодатный дух, исходящий из этого места. То ли атмосфера вокруг запечатлела моления приходящих сюда когда-то людей, то ли сам Храм был построен на особом месте... Но атмосфера вокруг и впрямь была живительная. Зойерин знал, что вся материя способна накапливать знания, способна формировать информационное поле. А у этого места поле было особое. Чувствовалось, что Храм был построен не так давно, два с небольшим столетия назад, воздвигнут был в честь великой победы над вторгшимся врагом, пережил славу и разрушение, восстановление и новую славу, борьбу веры и неверия, лицемерия и истины... И сейчас стены здания хранили их, и эльф это отчетливо чувствовал.
Ульман занимался рубкой дров, и Амалия решила ему не мешать и осмотреть здание. Случайно она услышала разговор Зойерина и Артёма. Артём сознался Зойерину, что сильно винит себя во всём, что случилось с ним в дороге.
- Прости, Зой, - сказал Артём. - Ты так страдаешь. Я не хотел этого. Зачем я позволил тебе отправиться с нами? Теперь ещё и Данила пострадал.
Зойерин тепло сжал своими тонкими маленькими ручонками крепкие ладони Артема и преданно заглянул другу в глаза.
- Артем, не вини себя, пожалуйста... В том, что случилось, твоей вины нет. Пожалуйста, прости себя.
- Как простить, когда боль и разрушение постоянно следуют за мной и вредят тем, кого я люблю? Начиная с раннего детства, этот груз вины преследует меня...
- Не он преследует. Ты просто думаешь так, или кто-то очень хочет заставить тебя так думать... Пожалуйста, просто поверь, что ты на самом деле не такой, как о себе думаешь. Мы своими мыслями и желаниями сами вершим будущее, даже если не осознаем этого. Позволь просто поверить себе самому, что все будет хорошо. И вместо разрушения ты принесешь кому-то помощь и надежду... И даже если чья-то воля желает, чтобы ты себя винил, наперекор ему еще крепче верь, что справишься... Мне тоже много за что есть себя винить. Гораздо больше, чем тебе. Хотя бы потому, что на мою долю не выпало столько боли и потерь. И я сам, тут в метро, осознал, как глубока моя вина... Что столько много позволял себе наслаждаться жизнью, и думал, что все так есть и во всех мирах. Если тебе будет легче, давай вместе простим себя, и нам обоим будет легче...
Тем временем друзья и следовавшая за ними Скрепка поднялись на второй этаж храма. В небольшой келье, рассматривая чудом сохранившиеся иконы, стоял Хан.
- Папочка! - воскликнула Амалия, подбегая к нему.
- Я же говорил, что мы встретимся снова, девочка моя, - сказал Хан, обнимая дочь. - Вижу, ты стала совсем бодрой - не иначе, влюбилась. Это Ульман? Я видел, как он смущался при упоминании о тебе.
- Да, папа, он самый, - кивнула Амалия.
- Я слышал, Полис отказался вам помочь.
- Только Совет. Ульман и Мельник хотят нам помочь.
- Но Мельник руководствуется силой, Амалия. Как бы это не принесло беды. Каждый пожинает то, что посеял: насилие порождает насилие, и за смерть платят смертью. Тот, кто не испытывает сомнения и не знает раскаяния, никогда не вырвется из этого круга.
И вновь Зойерин задумался: а ведь Хан прав. Возможно, именно этого и добивается Саурон, собираясь погубить Арду - чтобы за смерть платили смертью, а насилие порождало насилие. Этого нельзя допускать. Нельзя позволить порочному кругу сомкнуться над Ардой... Ведь из этого самого следствия зло и черпало свои силы... Зло непрерывно порождало зло, и неважно было, в каком обличии оно проявляется... Важно было одно: как-то пресечь порождение одного другим, и перетекание одного в другое... А как? Вывод напрашивался сам собой: если насилие порождает насилие, а зло - зло, то пресечь это можно, если поступить наоборот и тем самым разорвать порочную взаимосвязь: на ненависть ответить пониманием, на страсть - терпением, на зло - добродетелью... Именно так можно исправить Искажение. Ведь что такое Искажение само по себе? Это нарушение Закона Вселенской любви. И тем, чтобы не поддаться на это искажение, и не пойти по искаженному кругу взаимопорождаемости зла, нужно поступить так, чтобы зло оказалось побеждено добром, и тем самым порочный круг сможет разорваться. А это и приближает исцеление, лечит его... Сейчас юный эльф это отчетливо понимал.
- Папа, а ты пойдёшь с нами? - спросила Амалия.
- Увы, я должен отправиться в Полис, - покачал головой Хан. - Брамин Данила в госпитале, и я должен с ним побеседовать. Нападение демона сильно напугало его.
Выслушав Хана, Амалия, Артём и Зойерин подошли к стоявшему у стола неподалёку Мельнику.
- Не очень-то и полезные бумаги, - сказал Мельник. - Всё намёки и намёки, хотя путь в Д-6 тут обозначен. И ещё, я нашёл это.
Мельник протянул Артёму какой-то листок с изображением герба в виде двуглавого орла - такого, как тот, что изображён на левом виске у кшатриев. Артём прочитал листок и показал его друзьям. Листок оказался половиной документа, в которой говорилось, что чёрные - результат чудовищного эксперимента над людьми с целью созданию из людей суперсолдат, который провели ещё до ядерной войны. Их создавали, развивая в людях телепатические способности, выносливость, крепость тела и устойчивость к радиации, и придавая им устрашающую внешность. Несмотря на получившуюся в результате внешность, чёрные сохранили разум и душу, но утратили способность говорить, а потому общались с помощью обмена мыслями. Листок обрывался на словах «Устойчивость чёрных к радиации стала возможна...» и ниже была сделанная кем-то от руки приписка: «Вторая половина документа находится в Д-6».
- Это значит... - с надеждой начал Артём.
- Что чёрные - не враги людям, - закончил Мельник. - Жители ВДНХ сделали поспешные выводы, опираясь на устрашающую внешность чёрных и испугавшись их телепатических способностей.
- Надо будет всё им объяснить, в первую очередь дяде Саше.
- Это можно сделать с Останкинской телебашни - она позволит установить связь с чёрными и передать их мысленные образы, как телевизионный сигнал. Тогда жители ВДНХ поймут, что чёрные - им не враги.
Случайно подслушавший разговор Хан пообещал отправить на ВДНХ записку, чтобы предупредить отчима Артёма и Амалии.
- Спасибо, папа, - сказала Амалия. - Жаль, что мы опять расстаёмся.
- Я всегда буду с тобой, - сказал Хан.
- А сейчас мы отправляемся в Д-6, - сказал Мельник. - Там вторая половина документа и ключ к тому, как чёрные помогут людям вернуться на поверхность.
Ульман к тому времени успел наколоть дров, а Владимир, Степан и Борис - проверить снаряжение и сделать запасы патронов. После этого вся группа вместе со Скрепкой спустилась в подвал храма, где был поезд из одного вагона, работающий на пару. Именно для него Ульман колол дрова.

Дорога в Д-6

Поезд уже около получаса шёл по проложенным рельсам. Степан и Борис стояли возле пульта управления. Ульман следил, чтобы огонь в печи не потухал. Владимир наблюдал за тылом.
- Если верить карте, - сказал Мельник, глядя на карту из папки, найденной в Библиотеке, - в Д-6 ведут несколько путей и ближайший к нам - через Киевскую.
- Киевская? - спросил Ульман. - Я про эту станцию нехорошие вещи слышал.
- Слухи не беспочвенны, - подтвердил Мельник. - За Киевской раньше была станция Парк Победы. Была война, и киевляне завалили тоннель к Парку Победы. Говорят, что люди с Парка Победы выжили, но и людьми быть перестали, превратившись в дикарей. Это тоже можно было бы посчитать слухами, но на Киевской пропадают люди, чаще всего - дети. Видимо, дикари нашли какой-то служебный переход между станциями.
- А что это за дикари? - поинтересовался Зойерин.
- Я мало что знаю, - пожал плечами Мельник. - Те, кому удалось вырваться с Парка Победы, рассказывали, что дикари поклоняются какому-то Великому Червю, а потому зовутся червепоклонниками.
Вдруг Зойерин вспомнил рассказы отца, короля Эвендила, о жителях одной из колоний Амрундора. Это был крупный тропический остров где-то в южных морях Арды, давным-давно вошедший в состав королевства при короле, который правил до Эвендила. Сам он бывал там не один раз, но старался не вмешиваться в личную жизнь и менталитет островитян, рассматривая это место, как автономную область, хотя и привнес в их жизнь некую часть цивилизации - ту, которую островитяне хотели принять сами. Эвендил рассказывал сыну, что на этом острове живут люди-дикари, поклоняющиеся Великому Червю - майару в облике зелёного растительного дракона. Ежегодно в начале весны, когда оканчивается сезон тропических дождей, они приносят своему божеству жертвы в виде плодов растений, благодаря за помощь и покровительство и прося о щедром урожае. У Зойерина дома были сувениры и снимки жителей, которые привозил его отец с того острова. Он интересовался их традициями и культурой, самобытной и необычной для эльфов, но по-своему прекрасной.
«А не являются ли червепоклонники Амрундора теми самыми червепоклонниками, что живут на Парке Победы? Название-то одинаковое... И имя божества - Великий Червь - тоже одинаковое. Тогда как они очутились на Арде? Или может быть, с Арды каким-то образом перебрались сюда и обосновались на этой планете? Пространственно-временная аномалия? А если Великий Червь - и вправду великий майар, который способен действовать и в Арде, и здесь? Что если он создает собственную магнитную аномалию, через которую соединяет оба мира? А это значит, что мир Арды и мир Земли связан еще более тесно, чем кажется, и все, что происходит в Арде, косвенно отражается на Земле, а события Земли отражаются в событиях Арды? Все логически к этому всему и сводится. А если это правда, то стало быть, взрыв, который уничтожил Земную цивилизацию, может быть отражением того, что когда-то было в Арде... Или отражает то, чему только еще предстоит быть? Значит, и впрямь, что постигло Землю, может постичь и Арду» - От этой мысли Зойерин так запереживал, что упал в глубокий обморок. Придя в себя, он услышал голос Мельника:
- Давай ещё нашатыря. Зой, очнись. - Мельник одной рукой приподнял голову эльфа, а второй водил перед его носом тряпочкой, смоченной в нашатыре. Зойерин слегка дрогнул и приоткрыл глаза. - Слава Богу, он приходит в себя. Убери свет, Володя! Ты его слепишь.
- Ну ты нас и напугал, - проговорил Ульман.
- Встать можешь? - поинтересовался Артём.
- Наверное, - пробормотал Зойерин, хватая Артема за руку и пытаясь подняться.
Неожиданно поезд остановился - дорогу преграждали гермоворота. Мельник и Владимир пошли к пульту управления, чтобы попытаться открыть ворота. Когда они уже наполовину разобрались с пультом управления, внезапно напали чёрные упыри. Зойерин не позволил себе испугаться и старался прогнать упырей с помощью взгляда. У него это получилось, и он почувствовал в себе уверенность. А когда упыри убежали, Зой мысленно поймал себя на том, что наслаждается мыслью своего успеха. И, видимо, он достаточно увлёкся этой мыслью, потому что, только услышав визг Скрепки, увидел, что приближается электроаномалия.
Ворота в этот момент открылись, можно было ехать, однако поезд не желал заводиться. Борису ничего не оставалось, кроме как ударить по пульту управления кулаком. Только тогда поезд тронулся и миновал ворота, которые закрылись перед самым носом у электроаномалии.
Поезд остановился у двери в техническое помещение. Группа ещё не знала, что ждёт за ней.
* * * *
Дверь была одним из входов в служебное помещение, который отыскали червепоклонники. Группа дикарей шла к Киевской станции, когда столкнулась со сталкерами, следовавшими в Д-6. Всё произошло так быстро, что никто ничего не понял, но вся группа оказалась в плену. Только теперь Зойерин по внешнему виду дикарей убедился, что этот те самые червепоклонники, фотографии которых привез ему отец с острова. Теперь его занимал вопрос: как они оказались здесь? И какое у них место в Арде относительно Земли? То ли предки островитян перебрались на Землю, то ли земляне попали в Арду и обосновались на острове. Это должно было иметь какое-то разумное объяснение...
Случайно духовный лидер червепоклонников, смеясь над сталкерами, проговорился, что выдумал Великого Червя, дабы держать в повиновении дикарей, ибо ненавидел технику, но обожал властвовать над теми, кто его боится. Услышавший это один из дикарей, парнишка Дрон, для которого вера в Великого Червя была смыслом жизни, забился в истерике. В эту минуту Артём, Амалия и Зойерин услышали какой-то шёпот, переходящий в еще слышимую мелодию, но это были не голоса мёртвых, а дивная песня. Она пелась медленно, словно читались протяжной кантиленой слова древнего заклинания или магической формулы. За считанные секунды дикари исчезли, а их лидер превратился в каменную статую.
- Что с ними случилось? - спросил удивлённый Артём.
- Они отправились к настоящему Великому Червю, - пояснил Зойерин. В мгновение понял он, что Великий Червь - и в самом деле могучий майар и что он властью своего голоса сам творит аномалии, и переносит в них людей. И именно так на Арду перебрались червепоклонники с тропического острова - они были землянами, силой мысли Великого Дракона перенесенными в Арду. - Тот создал пространственно-временную аномалию, чтобы перенести их в свои владения.
Дальнейший путь ничем не прерывался, и группа успешно добралась до другого технического помещения. Зойерин размышлял о червепоклонниках - они никак не шли у него из головы, тем более, в Амрундоре являлись прямыми подданными его отца, а стало быть, и его тоже. Друзья его активно обсуждали план действий.
- План такой, - сказал Мельник. - Ульман, идёшь в разведку. Борис, Степан, прикрываете этого шута. Остальные - со мной. За дело.
- А куда нам торопиться, товарищ полковник? - спросил Ульман. - Может, перекурчик объявим? Такая нервная работа.
- В аду перекуров не бывает. Вперёд, воины мои. Вас ждут великие дела.
- Великие дела? - усмехнулся Степан. - Мой след в истории будет больше похож на мокрое пятно.
Заглянув в одну комнату, Скрепка недовольно фыркнула. Зойерин решил глянуть, что напугало кикимору, и поморщился, увидев человеческий скелет. «Это не к добру», - подумал он, поспешив скорее назад.
Заглянувший в ту же комнату Ульман сказал:
- Тут кто-то совсем новый скелет обронил. Может, возьмём с собой? Ну на брелки?
- Ульман, хватит балагурить, - недовольно сказал Мельник. - Вернёмся домой - будешь зубной щёткой сортиры чистить.
- Да, товарищ генералиссимус, так точно.
Зойерин еле сдержал смешок, закрыв рот ладонью. «Всё-таки Ульман тот ещё весельчак, - подумал он. - Амалии точно повезло».
Артём тем временем потянул какой-то рычаг, и ворота, находившиеся в комнате, открылись.
- Не, я не пойду, - покачал головой Ульман. - Там А - темно и Б - страшно.
Группа стала спускаться вниз по открывшейся лестнице.
- Вот дерьмо! - неожиданно сказал Борис.
- Э-э, поаккуратней с выражениями, солдат! - сделал замечание Мельник.
- Это не выражение, - пояснил Борис. - Это сама субстанция, и я в неё вляпался.
- Ну, это на счастье, - улыбнулся Ульман.
- Нет, это плохая примета, - отрезал Мельник. - Если тут есть помёт, значит, его кто-то метнул.
Зойерин зажал нос пальцами, да и Борис постарался вытереть сапог об пол от остатков этой субстанции. Эльф сообразил: Мельник упомянул о плохой примете и о том, что рядом может быть опасность.
И действительно - всю дорогу до следующих ворот досаждали упыри. Очевидно, это они и оставили помёт, в который наступил Борис. Так было и со следующими за ними воротами. Очередным сюрпризом оказалась станция, располагавшаяся за ними. Там был только один рельс, а вскоре появился движущийся по нему поезд. Зойерин подумал, что этот поезд работает на автоматике.
Д-6 было совсем рядом, и этот поезд мог доставить группу туда.

Мир

Поезд ехал, не останавливаясь, довольно долго, пока не достиг какой-то станции. Место прибытия оказалось мостиком, с которого открывался вид на ещё два поезда, стоявшие внизу на таких же монорельсах. Освещения не было, а в свете фонариков трудно было что-то разглядеть. Мельник и Артём пошли вперёд и отсутствовали, казалось, полчаса, когда зажёгся свет. Тогда же Владимир обнаружил, что заработали и лифты-вагонетки, расположенные на стенах круглой ямы в середине легендарного бункера Д-6. Эти лифты позволяли перемещаться между этажами бункера.
Артём и Мельник ждали остальную группу этажом ниже, а на следующем вниз этаже нашёлся командный пункт, откуда управляли ракетами. Тогда Зойерин подумал, что им улыбнулась удача, ибо Скрепка нашла на одном из столов бумажку, оказавшуюся второй половиной документа о чёрных. Теперь можно было полностью прочитать документ. В нём говорилось, что устойчивость чёрных к радиации вызвана особыми антителами, которые распознают и нейтрализуют радиацию, попавшую в организм, и на основе этих антител можно сделать сыворотку, дающую устойчивость к радиации.
- Вот он, - сказал Зойерин. - Это ключ к спасению ВДНХ и всего метро. Антитела и создание на их основе иммунной сыворотки...
- Ты прав, Зой, - согласился Артём. - Надеюсь, дядя Саша получил записку Хана.
- Получил, - подтвердила Амалия. - Я сейчас говорила с отцом телепатически. Удивительно, но дядя Саша поверил Хану. Остаётся только добраться до Останкинской телебашни и связаться с людьми.
Неожиданно лампы стали светить слабее, слегка мерцая и потрескивая. В полной тишине было слышно, как испуганно рычит Скрепка.
- Что произошло? - буркнул Мельник.
- Твою мать! - выругался Владимир. - Резервная батарея села!
- А что с основным питанием?
- Кажется, реактор выключен, и отсюда нам его не запустить. Придётся спуститься на самое дно и стартануть его вручную. Судя по схемам, там всё на автомате.
- Издеваешься? Как вниз-то спуститься?
- Этажом ниже лифт есть. Проблема в том, что придётся всё отключить, даже аварийное освещение, чтобы ему электричества хватило.
- Артём, Борис, Степан, - приказал Мельник, - идёте со мной. Остальные, остаётесь здесь и помогаете Володе.
Пока Мельник, Артём, Степан и Борис шли к лифту, Владимир нашёл себе и остальным занятие - ремонт громкоговорителя. Едва ремонт был завершён, Ульман не сдержался и выдал очередную шутку:
- Народы метро, мы ждали вашего появления. Мы те, кого вы зовёте Невидимыми Наблюдателями. Вы преступили запретную черту и теперь познаете наш гнев и... Хи-хи-хи...
- Ульман, хорош дурачиться, - сказал Владимир. - Товарищ полковник, мы починили громкую связь. Отсюда, оказывается можно лифтом управлять.
Зойерин тем временем изо всех сил зажимал обеими руками рот, чтобы не засмеяться. «С таким юмористом Амалия точно не пропадёт!», - думал он.
Скоро из колонок громкоговорителя стало доноситься ворчание Мельника:
- Ничего себе! А это что за дрянь!..
- Товарищ полковник, - сказал Владимир, - мощность на четверть, а надо на полную.
- Один, два, три, четыре, - посчитал Мельник. - Вроде ничего сложного. Построено для дураков.
Раздался звук удара чего-то тяжёлого о железо.
- Что за чертовщина! - выругался Мельник. - Эта дрянь ещё и сопротивляется! Что за ересь!
И судя по дальнейшим репликам, что-то очень огромное и опасное мешало запустить реактор на полную мощность. Тем не менее, запустить его удалось. К сожалению, лифт, на котором Мельник, Артём, Борис и Степан спустились вниз, ухитрился подняться, но рядом с тем местом, где они были, находился ещё один.
- Этот лифт, - передал по громкой связи Владимир, - поднимет вас прямо на станцию. У нас тут всё в норме пока. Возвращайтесь на точку старта. Ульман, Амалия и Зойерин со Скрепкой уже ждут вас там.
* * * *
- Скажите, товарищ полковник, - спросил Ульман, - а кто сильнее - Вы или Супермен?
- Гори в аду со своими шуточками, - буркнул Мельник. - Видел бы ты, что за существо расположилось там, внизу. План действий такой: вы с Артёмом, Амалией и Зойерином отправляетесь в Останкино, а мы с Володей, Борисом и Степаном контролируем ситуацию отсюда. Если будет что-то неожиданное, мы узнаем. И попытаемся связаться с нашими, чтобы выслали подкрепление.
* * * *
На поверхности было раннее утро, сквозь тучи можно было увидеть лучи восходящего солнца, еле-еле пробивающегося сквозь тяжелые радиоактивные тучи. Но именно живительными, обнадеживающими и вдохновляющими показались эти лучи тем, кто смотрел на них. Солнце пробивается сквозь облачность. Значит, воздух постепенно очищается от ядерной взвеси, даже если на это уйдут годы - все равно природная сила Земли сделает свое дело и поглотит грязь. Как поглощались вулканические выхлопы, как налаживалось бытие снова и снова, и планета, точно легендарная птица-феникс из земных преданий, снова оживет. Зойерин смотрел на лучи и чувствовал, что это все не так уж и далеко... Многое свершилось, и многому еще предстоит брести суть. Он впервые за все пребывание в этом мире почувствовал себя свободно и бесстрашно. Надежда и вера окрылили его, и даже общее самочувствие улучшилось от вдохновения. Эльф чувствовал, что сможет до конца справиться со всем, что выпадет на его долю. И сможет зажечь этой же надеждой своих друзей... Домой все равно не вернуться, его новой семьей стали его друзья, и ради них он хотел стараться...
Небольшая передышка на поверхности помогла приготовиться к дальнейшему пути, тем более что он был далеко не простым. Насчёт подкрепления Мельник оказался прав - прибывший отряд сталкеров помог отбиться от стаи стражей, непонятно откуда взявшейся возле Останкинской телебашни. На вершину башни поднимались вчетвером. Башня была очень высокой, и к середине пути Артём, Амалия и Ульман, не говоря о Зойерине, начали задыхаться. Пришлось идти медленнее, отдыхая на каждой платформе. Артем и Ульман понимали: Амалии и Зойерину надо давать передышки, чтобы не навредить им. Приступ собачьей чумы мог накрыть Амалию в любой момент, особенно во время тяжелой физической нагрузки. А про эльфа врач до этого говорил, что для него смертельным может оказаться любое напряжение или потрясение... Потому и отдыхали почаще. Даже Скрепка часто останавливалась, чтобы подождать друзей, изрядно запыхавшихся во время подъема. Но все обошлось благополучно: добрались все в порядке и были готовы приступить к следующей части дела. На вершине башни всё пошло так, как было запланировано - Артём и Амалия смогли наладить ментальный контакт с чёрными и дать понять жившим в метро людям, что те, кого они считали врагами, на самом деле являются друзьями. К собственному удивлению, чаяния Амалии оправдались: она смогла уловить ментально, что призыв был услышан и многие жители метро задумались над услышанным. Это было победой.
Но и не без испытания: птеродактили, похожие чем-то на демонов, притаились невдалеке, готовые в любой момент высунуться. Зойерин учуял их, и заволновался: сражаться с ними не хотелось, а единственный выход был - обратно убежать по лестнице и захлопнуть за собой двери.
Зойерин подумал, что спускаться вниз по лестнице будет долго и утомительно, и поискал возможности, как одолеть противника, используя ситуацию и нужный момент. А момент как раз во время предоставился: мимо пролетали два демона. Зой попробовал с помощью силы Воды взять их под контроль и обратить их силу в нужном направлении. К его удивлению, демоны послушались и спустили вниз уже высунувшихся вперед всех четырёх всадников и кикимору.
Теперь дело было за браминами Полиса - тем нужно было тщательно изучать кровь чёрных, чтобы понять, как на основе их антител сделать сыворотку против радиации.
Добрались до Полиса легче, чем ожидали. И сразу поспешили в госпиталь, где лечился Данила. Он был очень рад увидеть друзей живыми и невредимыми, да и сам, к собственному удивлению, чувствовал себя почти полностью здоровым. Внимательно прочел Данила принесенные бумаги, выслушал рассказы Амалии, Артема и Ульмана. Еще раз перечитывал, смотрел, комментировал. Зойерин слушал его комментарии и сам, глубоко обдумывая его слова, и сопоставляя их с данными, которые прочел сам в этих бумагах, стал развивать мысль в поисках выхода. «Если черные изначально были задуманы как раса суперсолдат, способных выдержать радиацию и самые экстремальные условия, то это может оказаться выходом. Они устойчивы к радиации, и их ДНК - видоизмененный геном человека. Стало быть, антитела, которые имеются в их крови, и которые делают их невосприимчивыми к радиации, и впрямь, как и говорится в бумагах, безопасны для человека. А стало быть, будет безопасна для генетики и сыворотка на их основе. А если эту сыворотку, как вакцину, впрыснуть каждому человеку, то они смогут так же стать невосприимчивыми к радиации и смогут безопасно жить, не завися от фильтров и не опасаясь последствий для будущих поколений», - так думал эльф.
- Только так можно спасти человечество, - сказал, обдумав свою мысль, Зойерин Даниле, понимающем по сосредоточенному и серьезному лицу эльфа, что тот уже многое успел обдумать.
- То есть? - не понял Данила.
- Черные устойчивы к радиации, - объяснил Зойерин свою точку зрения. - Судя по данным в этих бумагах, в их крови содержатся антитела, которые делают организм невосприимчивым к облучению. На основе этих антител есть возможность создать сыворотку, которая спасет людей и поможет им вернуться на поверхность, не опасаясь радиации. Они будут к ней невосприимчивы. Я много думал над этим вопросом, много прикидывал в уме и рассчитывал возможные комбинации этих антител и их реакции с человеческой кровью, пока мы добирались сюда. Сами антитела можно размножить в лабораторных условиях до нужного количества, а потом изготовить препарат, который ввести всем людям. Сыворотка спасет людей, и поможет им восстановить то, что было разрушено взрывом и радиацией. Я готов помочь наладить ее производство. Параметры и условия изготовления сыворотки я уже рассчитал мысленно. Осталось только записать их и приступить к делу.
- Ты можешь их написать? - спросил Данила, с удивлением смотря на эльфа.
- Да, конечно. - Зой улыбнулся. - Только нужны ручка и бумага.
Зойерин старательно написал на бумаге, какие расчеты он провел, и на какие параметры стоит обратить внимание. В его теоретической базе знаний был материал еще из Амрундора, как делать вакцины на основе антител разного биологического происхождения, и тут это пригодилось. Теория должна была претвориться в практику. Сам процесс, условия и время его проведения Зойерин подробно расписал на бумаге и отметил особо важные моменты. Он выделил их маркером и отдал Даниле, чтобы тот передал записи браминам. Оставалось только изучить принесенные бумаги еще более внимательно, изучить кровь черных, сопоставить это все с записями эльфа и сделать, наконец, спасительную вакцину.
Пока брамины изучали документ и кровь чёрных, Амалия и Зойерин пошли к тому самому врачу, который их осматривал. Предстояло дело куда более важное - надо было излечить, наконец, милую и прекрасную Амалию от тяжелой болезни и развеять над ней смертельный рок. Зойерин всем сердцем полюбил эту милую девушку, полюбил, как родную сестру, и больше всего теперь хотел, чтобы она была счастлива с тем, кого любит и кто любит ее... Он знал, что придется отдать ей свою кровь. И знал, что для него это страшный риск - потеря большого количества крови для такого как он, могла быть смертельной. Но это был его дар Амалии, и ради нее он готов был отдать жизнь. А если повезет и он выживет, то это будет еще лучше: будет рад их с Ульманом счастью... Домой-то, в Амрундор, все равно не попасть - так думал в этот момент эльф. Он боялся, и был бледен, но радостным взглядом поддерживал Амалию и утешал ее, что все будет хорошо. И она верила эльфу.
Врач уложил девушку на кровать и подключил к ее организму датчики.
- Ты ненадолго заснешь, милая, а когда проснешься, все уже будет сделано. Останется только подождать несколько деньков, пока кровь приживется и пока я не убежусь, что симптомы собачьей чумы больше не проявляются.
- Но ведь это не сразу проходит? - спросила Амалия. - Это лечение не мгновенное...
- Не мгновенное, ты права, - кивнул доктор. - Да и ты слишком долго жила с возбудителем собачьей чумы в крови, чтобы все быстро прошло. Потому и надо немного будет понаблюдать, как все пойдет и каковы будут симптомы выздоровления. А заодно отдохнешь, расслабишься, проведешь время с друзьями. Сколько-нибудь времени отдыха тебе всяко потребуется. А сон как раз будет кстати. Пока ты готовишься, я возьму у тебя анализ крови - нужно определить содержание единиц возбудителя, чтобы точно рассчитать, сколько крови надо. А потом приготовлю к переливанию твоего друга Зойерина.
- Можно Вас попросить кое о чем? - спросила Амалия.
- Конечно, - кивнул доктор, набирая кровь из пальца девушки в стеклянную трубочку.
- Передайте, пожалуйста, Ульману, что я люблю его. Вы можете позвать его?
- Конечно! Я сейчас позову его.
Ульман, подойдя к кровати Амалии, нежно поцеловал ее и сел рядом.
- Отлично выглядишь! - ободрил он ее. - Пора дать бой на поражение всем чумным бациллам!
- Ульман, посидишь со мной?
- Конечно. Куда же я от тебя денусь? Мы с тобой не расстанемся ни при каких обстоятельствах. Вот, смотри, - мужчина крепко сжал правую руку девушки в кулачок и обнял его своими руками. - Когда ты проснешься, я буду точно так же держать тебя. А сейчас - спать! Только обязательно расскажешь, что тебе приснилось... - Ульман держал девушку за руку, и внимательно, слишком серьезно для своего веселого характера, наблюдал, как доктор вводит ей наркоз. Он слишком переживал за свою любимую.
Зойерин уже давно лежал на кровати и ждал, когда заберут его кровь, чтобы спасти Амалию. Доктор сообщил, что, по результатам анализа крови девушки, понадобится не меньше одного литра крови, чтобы ее организм смог победить инфекцию. А для Зойерина это могло стать смертельным. Он с готовым сердцем выслушал это. К такой вести он был полностью готов.
- Я не боюсь умереть за друга, - эльф уверенно смотрел прямо в глаза доктору. - Домой все равно для меня путь закрыт, а тут я спасу жизнь подруге и сохраню ее надежды и радости. А если повезет, что выживу - то обязательно порадуюсь за них с Ульманом.
- Я еще раз спрашиваю, Зой, не передумаешь? Тебе всего 16, у тебя вся жизнь впереди...
- Тем ценнее мой дар для подруги. Я все же, верю, что справлюсь, переживу это все и еще не раз порадуюсь за них. Пожалуйста, не волнуйтесь. А если вдруг и суждено будет умереть, то просто передайте ей, что я полюбил ее, как родную сестру, и отдать ради нее жизнь почитаю за честь. Я сам жизнью обязан ей, Артему, Ульману и Хану. Так пусть они будут счастливы, и живут, не зная бед. Все в мире преодолимо, если пожелать... Достаточно только крепко пожелать и поверить... А я хочу верить!
Когда у Зоя откачали кровь, он впал в тяжелое забытье, и только по пикающим приборам можно было определить, что он жив. Но он был жив - это являлось непреложным фактом. Умрет он, или выживет, теперь было лишь делом времени.
* * * *
После переливания крови Амалия спала почти целый день. Доктор специально ввел ей наркоз с более длительным воздействием, чтобы она могла поспать подольше. И к тому же, первые несколько часов после этой процедуры должны были проходить под полным медицинским наблюдением. Самой девушке это было только на пользу - слишком сильное напряжение последних нескольких дней требовало от нее максимальной выкладки.
Ульман постоянно сидел с ней - и все время смотрел на мониторы и на спящую любимую. На удивление, кровь эльфа прижилась, и, как уверил врач, показатели достаточно стабильно приходили в норму. Взятая проба крови на чумную палочку показала ее уменьшение почти вдвое; поразительно, но факт: эльфийская кровь была губительна для микробов. А ведь не прошло и суток!
«Ну, Амалия, теперь ты в эльфах! - усмехнулся Ульман. - Сказочная принцесса моя, я всегда знал, что ты особенная. Это еще один повод поверить в сказку. Будет что ребятишкам нашим потом рассказывать!»
Когда Амалия проснулась, Ульман сидел на табурете с ее постелью и держал ее сжатую в кулачок руку в своих ладонях - точно так же, когда она засыпала под наркозом. Он улыбнулся ей, а она улыбнулась ему.
- Как спала, моя эльфийка? Что тебе приснилось? - спросил ее Ульман, осторожно прикасаясь губами ко лбу девушки.
- Я выспалась, но снов не видела. Неужели все позади? Все получилось?
- Если ты проснулась, значит, все получилось. Доктор сказал, что у тебя все будет хорошо. Тебе принести что-нибудь?
- Я бы хотела что-нибудь попить. Очень сильно пить хочется.
- Это естественно, милая. Организму нужна вода, чтобы остатки всей гадости выгнать... сейчас мы устроим ей потоп гидротараном! - Ульман помог Амалии осторожно сесть на постели и подал ей в руку стакан, до краев полный воды. - И чтобы все выпила!
- Спасибо, - девушка прильнула губами к стакану и быстро его выпила. - Я и не представляла, что простая вода бывает такая вкусная! Я так люблю тебя!
- Я тоже тебя люблю. Из-за этого и простая вода лучше лимонада!
- Это точно! - Амалия слегка рассмеялась. - А как Зойерин?
- Спит еще. Врач говорит, неизвестно, сколько он проспит и проснется ли вообще. Когда проснется, понятия не имею. Я был у него... Так писчая бумага выглядит внушительнее, чем Зой. Я не уверен, что он сумеет это пережить. В нем крови-то комару на один укус. Так он ее тебе и отдал. Сказал, главное, чтобы ты была счастлива. Он был на все 100 был готов к тому, на что шел. И не усомнился в этом. Редко такие друзья встречаются.
- Нельзя, чтобы он умер. - Амалия взяла Ульмана за руку. - Как бы я хотела, чтобы он выжил! А ведь мы даже не знаем, кто он и кем был там, в своей стране. Может, он учиться где-то собирался, может, поступать куда-то хотел? Кто его родители? Они, наверное, ужасно волнуются за него. Ты только представь: исчезнуть из страны эльфов, где они и понятия не имеют обо всех наших страхах.
- Будет им урок: не будут детей без присмотра оставлять одних. - Ульман пытался подбодрить Амалию. - Когда он прогонял упырей взглядом, мне показалось, что у эльфов это в крови... А значит, и у тебя теперь тоже в крови. Ведь в тебе теперь его кровь.
- Когда Зой очнется, я бы хотела быть с ним рядом, - сказала девушка. - Он спас меня и подарил тебе счастье. Без него мы бы не смогли пройти весь наш путь... Он словно как раз к месту и ко времени оказался в нашем мире, чтобы дать нам надежду, и показать выход. Я хотела все это сказать ему.
- Так и скажешь... Проснется, и скажешь.
* * * *
Когда Зойерин проснулся, он не понимал, где он и что с ним. Единственное, что он ощущал, это какое-то состояние полной невесомости, где не было ощущения ни времени, ни пространства. Он не чувствовал даже самого себя. Эльф не понимал: жив он или мертв? Если жив, то где он, если умер, то как это состояние называется? Вне времени... Вне пространства... Вне себя самого. Это состояние - как отчетливо вырисовалось в памяти - у него уже когда-то было... В детстве, лет в 9, когда они с отцом и матерью ездили на встречу с соседними правителями: императорской семьей страны Куил'Тарро. Примерно в том возрасте Зой подружился с принцем Куил'Тарро, веселым и храбрым мальчиком Андросом, который был на год старше его и на целых полторы головы выше, и с его сестренкой, милой и жизнерадостной принцессой Гретой - она была на два года младше своего брата. Они играли с Андросом и Гретой, и во время одной из игр, уже перед самым отъездом домой, солнышко грело особенно сильно, а дети были без головных уборов. У Зойерина тогда пошла носом кровь, и он оказался в похожем состоянии, как сейчас. Это было почти так же, но легче немного было приходить в себя: тогда просто звенело в ушах при попытке сесть, и он чувствовал свое тело. А сейчас не чувствовал ничего - пустота... И невесомость.
Постепенно из этой невесомости в уши как издалека эльф услышал женский голос, зовущий его по имени. Рядом были три разных мужских голоса: молодой и энергичный, пожилой и говорящий о большом опыте и какой-то твердый и шутливый голос. Теперь Зойерин начинал их узнавать: Амалия, Артем, Хан и Ульман... Они где-то рядом.
- Отлично!!! - Амалия говорила настойчиво. – Вот, ты приходишь в себя. Попробуй взять меня за руку... Ты можешь это сделать?
«Взять ее за руку? Как? - подумал эльф, но ощутил прикосновение к своей руке, и поспешил ответить тем же. - Кажется, получилось».
- Отлично! Все, ты живой!!! - Голос Ульмана раздался с другой стороны. - Давай, парень, оживай. Кончай овец считать. Просыпайся!
Зойерин открыл глаза и увидел довольные лица всех четырех.
Ему сообщили, что он пробыл в забытьи трое суток, сейчас его состояние стабилизировалось. Первые два дня не было ясно, что с ним будет, но третий день показал, что организм понемногу начал оживать. Зойерин не мог поверить, что остался в живых. Амалия спасена - она тут, рядом, с ней - сияющий от счастья весельчак и балагур Ульман, мудрый и верный Хан, и умный и храбрый Артем. Все вместе, самое страшное позади... Главное, они все живы, и он в том числе.
Пяти дней Зойерину хватило, чтобы немного окрепнуть. Его старательно поили сиропом и водой, чтобы восстановить баланс в организме после опасной для него кровопотери, а он усиленно думал, как еще помочь советом или делом своим друзьям.
На седьмой день Зою позволили встать - ненадолго, только для того, чтобы в общем оценить его состояние. Это далось ему с трудом - сразу зашумело в висках и потемнело перед глазами... «Симптомы малокровия», - подумал он, но улыбнулся: Амалия была спасена, а он - он справится, и переживет все это.
Когда Зойерин еще через пару дней смог выйти в холл, он сразу принялся за работу: надо было помогать браминам с созданием сыворотки. Не все так просто было: из-за слишком ослабленного состояния и еще не совсем восстановленных сил эльф мог работать совсем немного - в основном теоретически: рассчитывать пропорции, и сидя за лабораторным столом, отмерять дозы. Спал он тут же, не покидая лаборатории: подремлет немного - для восстановления сил, и снова за работу. Брамины с пониманием относились к нему - знали, через что пришлось пройти нежному эльфу и чем он рисковал даже сейчас - в его состоянии он в любой миг мог свалиться по-крепкому, и по его лицу можно было догадаться, что он в очередной раз пересиливает себя ради общего блага.
Наконец, общими стараниями сыворотка была готова и упакована в стеклянные ампулы, а те были помещены в ящики. Большого труда стоило доставить её на Ганзу, Красную Линию, Сухаревскую и ВДНХ - бандиты напали на несколько караванов и похитили часть ящиков с сывороткой, которой - разумеется, не за так - поделились с фашистами. Эвакуировавшиеся жители Тургеневской и Павелецкой станций тоже получили спасительную сыворотку.
Когда все жители метро получили сыворотку, Зойерин сидел в своей палате. После труда над сывороткой эльф около суток спал, к тому же, он все находился под наблюдением врачей, его состояние было очень неустойчивым, учитывая его физические данные, перенесенные стрессы и нагрузки, и недавнюю кровопотерю. Сейчас Зойерин плакал от радости, понимая, что теперь призрак губительной радиации побежден, люди получили возможность безопасно выходить на поверхность, не опасаясь облучения и генетической угрозы для будущего. Это была общая, совместная победа. И Амалия спасена - они с Ульманом так искренне и трогательно любят друг друга. Они словно живут друг другом. И эльф был счастлив. И при этом, все чаще вспоминался родной дом: не вернуться туда... Больше никогда не обнимет родителей, не увидит друга Андроса и его сестру Грету... Он не верил и не надеялся, что вернется домой. Еще когда только познакомился с Ханом, тогда уже потерял надежду, через кровь приняв эту мысль с должным терпением и честью. Сейчас он полулежал на своей постели и находился в глубоких раздумьях. Мысль о родных и о том, что он никогда больше их не увидит, до боли мучила его изнутри. Кикимора Скрепка спала на коврике, свернувшись клубком, рядом с кроватью.
В это время к Зойерину подошёл чёрный. Умея читать мысли и ментально общаться, он уловил переживания эльфа.
«Скучаешь по родным?» - спросил он мысленно эльфа.
- Очень скучаю, - ответил Зойерин вслух, осторожно вставая с кровати и глядя на чёрного снизу вверх - тот был на две головы выше человека среднего роста, не говоря уже о тоненьком невысоком эльфенке.
«Ты можешь вернуться домой, - сказал чёрный. - В нашем улье есть пространственно-временная аномалия. Она очень сильная и действует на события по-особому. Через неё ты можешь попасть домой. Ты провёл здесь несколько недель, и твои родные за это время могли оплакать тебя. Аномалия может вернуть тебя домой через два часа после твоего исчезновения, тогда твои родные не будут тебя оплакивать. Всё, что тебе нужно, - это подумать о месте и времени прибытия. Нужно очень крепко сосредоточиться на том, что ты хочешь. Тогда перенос осуществится так, как ты того захочешь».
- А как же Артём, Амалия, Ульман? Увижу ли я их снова?
«Ты можешь посещать их, когда захочешь, стоит лишь воспользоваться пространственной аномалией, через которую ты попал сюда, и так же сильно пожелать этого, подумав о том месте, куда хочешь попасть».
- Спасибо тебе! - Зойерин посмотрел на черного полными слез глазами и тепло сжал его мощную руку. - Я готов вернуться домой. Только позволь мне попрощаться с моими друзьями. Я им обязан и жизнью, и надеждой. Как и тебе - возможностью вернуться домой...
А Артем и Амалия все это слышали, стоя в дверях палаты Зоя. Они знали давно, что он сильно тоскует по дому, и видели, что сейчас ему до слез трудно сказать о грядущем расставании ставшим для него семьей друзьям. Шанс вернуться к родным представился - нельзя, чтобы Зойерин его упустил. Они наверняка до безумия, до паники волнуются за него.
Зойерин повернул голову - и встретился взглядами с Амалией и Артемом. Они кивнули ему, что все понимают.
- Я никогда не забуду вас, - утирая слезы больничной салфеткой, сказал эльф. - Позовите Хана и Ульмана. Я хотел бы поблагодарить всех вас... Я не могу вернуться домой, не сделав этого, и не воздав должного тем, кому обязан жизнью и честью.
- Слезы тут ни к чему! - как всегда, шутливо, сказал Ульман, зайдя в дверь. - Тут радоваться надо, а не рыдать... Домой же едешь, эльфуша!
- Я никогда не забуду вас... - Зой все еще не мог успокоиться, но потом собрался. - Я всегда буду помнить обо всех вас и непременно вернусь к вам. - Эльф кивнул с улыбкой черному, а тот - ему. - И я бы очень хотел бы вам всем сделать прощальные подарки, которые обладают эльфийскими свойствами. Они хранят в себе эльфийское бессмертие. И я дарю их вам.
- Ты мне уже подарил жизнь, Зой! - улыбнулась Амалия. - И не только мне, но и Ульману. И помог сразиться с радиацией и найти от нее средство. А этому дару нет цены.
- И все же, я хотел бы подарить вам что-то личное - как небольшие вещи, которые помогут вам всем, и передадут вам бессмертный эльфийский дух.

Понимая, что его кровь сделала Амалию бессмертной, Зойерин подарил Артёму и Ульману свои украшения, всё это время хранившиеся в карманах его одежды. Ульман получил удивительно красивый алмазный кулон в виде звезды, а Артём - пару не менее красивых колец с теми же камнями.
- Одно из них подаришь своей будущей жене, - сказал Зойерин. - В эти украшения вставлены особые энергетические бриллианты, ограненные эльфийскими мастерами. Они хранят в себе часть великого дара бессмертия. Я носил их, чтобы выжить в своем положении, при котором любой день может стать последним. И этот бессмертный дух, заключенный в кристаллах, теперь станет вашей частью. И к тому же, позволят вам не причинять Амалии боль вашей утраты.
Хан получил кортик Зойерина, который когда-то подарил ему отец, король-мореплаватель. Ножны кортика были покрыты изумительной эльфийской резьбой и инкрустированы кристаллами алмазов. А Амалия, смотрящая с восхищением на эльфийские подарки, получила Зойериновы подвески - серебряные, в виде небольших свисающих цветочных гроздьев с множеством мелких сверкающих алмазиков. Он вынул их из ушей и вложил в руку девушки... И она была тому очень рада.
- Увидимся ли мы снова? - спросил Артём.
- Обязательно. Вы стали для меня семьёй, и я обязательно к вам вернусь. Мне бы только выбрать день, - сказал Зой.
- Если ты носил эти украшения, чтобы они поддерживали в тебе жизненную силу, то это многое объясняет - в тех случаях, как ты сумел выжить в этом мире и после того, как отдал моей дочери свою кровь, - сказал Хан. - Хотел я спросить тебя: безопасным ли будет для тебя возвращение? В гнезде черных - та же аномалия, которая забросила тебя сюда. А ты тогда, даже с украшениями, далеко не сразу пришел в себя. Что же теперь будет? Ты не боишься?
- Когда я думаю о вас, друзья, мне не страшно, - сказал эльф. - Со мной все будет хорошо... А если что - подлечат. Так, Ульман?
- Так держать, кроха! Удачи тебе! - Ульман пожал Зойерину руку. - Эльфы в твоей стране, наверное, будут рады увидеть твою амуницию!
- Это точно! - улыбнулся Зой, надевая купленную на одном из местных рынков одежду, прикрепляя к поясу штык-нож, и перекидывая через плечо «калаш» на ремне. - И Скрепочка моя обязательно пойдет со мной...
А Скрепка вертелась тут же, старательно, точно самая обычная крыса, обнюхивая носом Зоево оружие и готовая бежать за ним куда угодно.
- Помни все уроки, которым ты научился здесь, - напутствовал эльфа мудрый Хан. - В иное время и в других местах они спасут тебе жизнь так же, как спасали тебя здесь. А может быть, те знания, которые ты обрел с нами, спасут от гибели в будущем и твоих сородичей.
- Я бы хотел, чтобы все было так... - тепло улыбнулся друзьям Зойерин и снова разрыдался.
«Нам пора, - поторопил мысленно эльфа черный. - Пространственные аномалии - вещь непостоянная и непредсказуемая. Кто знает, когда она будет настроена на достаточную частоту, чтобы вернуть тебя домой...»
- Тогда идем. - Зойерин, утирая слезы, взял черного за руку, и тот повел его к себе.
Оказавшись около аномалии, Зойерин окинул взором собравшихся рядом черных, улыбнулся им: то, что люди, наконец, начали понимать, что они - не враги им, это было общей заслугой его, Амалии, Артема и Ульмана. Они многое сделали, чтобы открыть начало этому примирению. А теперь черные помогают ему вернуться домой. Впереди - один шаг в точку с аномалией - кто знает, как она подействует на измотанного в московской подземке, истратившего едва ли не все свои ресурсы, потерявшего много крови эльфа сейчас, когда он без энергетических эльфийских оберегов? Впрочем, он верил, что все будет хорошо. И смело шагнул в аномалию, крепко сосредоточившись в мыслях на своем дворце в Амрундорском городке Эльдиносте. Вспышка, несколько синеватых искр - и эльф скрылся из виду. Его ждало возвращение домой.

@темы: Амрундор, Зойерин, Метро 2033, Средиземье

URL
   

RameryStar

главная